ПРАВО
О ВЕЛИКИЙ, МОГУЧИЙ... РУССКИЙ ЯЗЫК!
Автор: Ренат Оспанов
С 1 марта 2026 года в России вступил в силу Федеральный закон № 168, который кардинально меняет правила использования языка в публичном пространстве. Ренат Оспанов, член Адвокатской Палаты Санкт-Петербурга, разбирает, что именно требует закон, какие формулировки вызывают больше всего вопросов и как бизнесу адаптироваться к новым правилам максимально рационально.
Ренат Оспанов, член Адвокатской Палаты Санкт-Петербурга
Нормы о защите русского языка в российском праве существуют с 2006 года. Однако на протяжении почти двадцати лет они распространялись преимущественно на рекламные материалы. Новый закон № 168-ФЗ принципиально меняет сам подход и устанавливает довольно строгие рамки: теперь под регулирование подпадает любая информация, предназначенная для публичного ознакомления потребителей в общедоступных местах.
Формулировка предельно широкая, под публичной информацией понимается все, что:
Формулировка предельно широкая, под публичной информацией понимается все, что:
- предназначено для неопределенного круга лиц;
- размещено в общедоступных местах;
- может быть воспринято как обращение к потребителю.
Ключевые требования
Основной принцип закона звучит так: использование иностранных слов в публичном пространстве допускается только при наличии равнозначного перевода на русский язык.
Именно понятие «равнозначности» становится центральным элементом правоприменения и одновременно самой проблемной зоной для бизнеса. Мы уходим от формального подхода, при котором перевод мог присутствовать номинально в виде малозаметной подписи или пояснения. Теперь перевод должен быть не просто добавлен, а полноценно встроен в визуальную коммуникацию.
Под равнозначностью понимается совокупность визуальных, композиционных и смысловых характеристик, обеспечивающих одинаковую доступность информации для потребителя.
Это означает соблюдение следующих принципов:
Отдельного внимания заслуживает расширенное толкование понятия публичной информации. Закон прямо указывает, что требования распространяются не только на рекламу, но и на любую информацию, предназначенную для ознакомления неопределенного круга лиц. В результате под контроль подпадают не только классические вывески и указатели, но и элементы интерьерного оформления, навигационные решения, графический дизайн пространства, а в отдельных случаях – даже концептуальные художественные элементы, если они несут смысловую нагрузку. Именно здесь возникает наиболее чувствительная зона риска: граница между декоративным элементом и публичным сообщением остается юридически размыта. В отсутствие устоявшейся практики бизнесу предстоит исходить из максимально широкого толкования, предполагая, что любое читаемое слово в публичном пространстве потенциально может быть признано объектом регулирования.
Одним из самых дискуссионных положений нового закона стало регулирование заимствованных слов, написанных кириллицей. Допустимость использования заимствованных слов определяется наличием их в утвержденных словарях. На данный момент таких словарей всего четыре: Орфографический, Толковый, Орфоэпический словарь и Словарь иностранных слов. Это означает, что использовать можно только те заимствования, которые официально зафиксированы в этих источниках. Все остальные – даже если они давно и широко употребляются – оказываются в «серой зоне».
Именно понятие «равнозначности» становится центральным элементом правоприменения и одновременно самой проблемной зоной для бизнеса. Мы уходим от формального подхода, при котором перевод мог присутствовать номинально в виде малозаметной подписи или пояснения. Теперь перевод должен быть не просто добавлен, а полноценно встроен в визуальную коммуникацию.
Под равнозначностью понимается совокупность визуальных, композиционных и смысловых характеристик, обеспечивающих одинаковую доступность информации для потребителя.
Это означает соблюдение следующих принципов:
- сопоставимый размер шрифта, исключающий доминирование иностранного слова;
- равнозначная визуальная контрастность, при которой русский текст не теряется на фоне оформления;
- перевод стоит на первом месте;
- идентичная функциональная роль в восприятии смысла сообщения.
Отдельного внимания заслуживает расширенное толкование понятия публичной информации. Закон прямо указывает, что требования распространяются не только на рекламу, но и на любую информацию, предназначенную для ознакомления неопределенного круга лиц. В результате под контроль подпадают не только классические вывески и указатели, но и элементы интерьерного оформления, навигационные решения, графический дизайн пространства, а в отдельных случаях – даже концептуальные художественные элементы, если они несут смысловую нагрузку. Именно здесь возникает наиболее чувствительная зона риска: граница между декоративным элементом и публичным сообщением остается юридически размыта. В отсутствие устоявшейся практики бизнесу предстоит исходить из максимально широкого толкования, предполагая, что любое читаемое слово в публичном пространстве потенциально может быть признано объектом регулирования.
Одним из самых дискуссионных положений нового закона стало регулирование заимствованных слов, написанных кириллицей. Допустимость использования заимствованных слов определяется наличием их в утвержденных словарях. На данный момент таких словарей всего четыре: Орфографический, Толковый, Орфоэпический словарь и Словарь иностранных слов. Это означает, что использовать можно только те заимствования, которые официально зафиксированы в этих источниках. Все остальные – даже если они давно и широко употребляются – оказываются в «серой зоне».
Пространство для маневра
Несмотря на строгость формулировок, закон оставляет бизнесу несколько легальных стратегий адаптации.
Во-первых, разрешено использование иностранных слов при наличии равнозначного перевода на русский. Это самый простой и быстрый путь для большинства компаний, позволяющий сохранить привычную айдентику без масштабного ребрендинга.
Во-вторых, допускается свободное использование заимствований, закрепленных в нормативных словарях. Именно сюда попадает часть деловой и маркетинговой лексики: маркетинг, менеджмент, бренд, сервис, онлайн, блог, стартап.
В-третьих, под прямую защиту закона подпадают товарные знаки, фирменные наименования и знаки обслуживания. Если иностранное слово зарегистрировано как бренд, логотип или элемент фирменного стиля, его можно использовать без перевода.
Наконец, допускается использование терминов, не имеющих перевода: научной и технической лексики (Wi-Fi, Bluetooth, USB, QR, LED), международных стандартов, формул и аббревиатур. Эти элементы сохраняют универсальный характер и не подлежат обязательной русификации.
Во-первых, разрешено использование иностранных слов при наличии равнозначного перевода на русский. Это самый простой и быстрый путь для большинства компаний, позволяющий сохранить привычную айдентику без масштабного ребрендинга.
Во-вторых, допускается свободное использование заимствований, закрепленных в нормативных словарях. Именно сюда попадает часть деловой и маркетинговой лексики: маркетинг, менеджмент, бренд, сервис, онлайн, блог, стартап.
В-третьих, под прямую защиту закона подпадают товарные знаки, фирменные наименования и знаки обслуживания. Если иностранное слово зарегистрировано как бренд, логотип или элемент фирменного стиля, его можно использовать без перевода.
Наконец, допускается использование терминов, не имеющих перевода: научной и технической лексики (Wi-Fi, Bluetooth, USB, QR, LED), международных стандартов, формул и аббревиатур. Эти элементы сохраняют универсальный характер и не подлежат обязательной русификации.
Ответственность за нарушение
Требования закона распространяются на всех участников B2C-рынка: юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, самозанятых и физических лиц, оказывающих услуги населению. Масштаб бизнеса, формат точки и регион значения не имеют.
Закон № 168-ФЗ не содержит отдельной статьи о штрафах, однако несоблюдение требований по использованию русского языка подпадает под действие уже действующих норм. На практике это означает два возможных направления административной ответственности.
Если Роспотребнадзор сочтет отсутствие текста на русском языком нарушением закона “О защите прав потребителей”, возможны штрафы по части 1 статьи 14.8 КоАП РФ:
Если нарушение квалифицируется как несоблюдение закона «О рекламе», санкции применяются по части 1 статьи 14.3 КоАП РФ:
По масштабу влияния на бизнес Федеральный закон № 168-ФЗ можно сравнить с внедрением обязательной маркировки: затронуты будут практически все сферы, работающие с массовым потребителем. В 2026 году русский язык окончательно становится не только культурной, но и полноценной юридической категорией.
Формально закон дает четкие ориентиры, однако его практическое применение во многом будет формироваться уже «в поле». Именно первые проверки, предписания и судебные споры очертят реальные границы допустимого: какие слова сочтут устоявшимися, насколько строго будут трактовать равнозначность перевода, какие элементы интерьера признают публичной информацией.
Для бизнеса это означает не просто точечную замену отдельных слов, а полноценную ревизию визуальной и текстовой среды. Ошибки могут обернуться не только штрафами, но и масштабными затратами на переделку оформлений, репутационными рисками и конфликтами с проверяющими органами. При этом правоприменительная практика только формируется, а значит, 2026 год станет для компаний периодом повышенной правовой неопределенности.
Закон № 168-ФЗ не содержит отдельной статьи о штрафах, однако несоблюдение требований по использованию русского языка подпадает под действие уже действующих норм. На практике это означает два возможных направления административной ответственности.
Если Роспотребнадзор сочтет отсутствие текста на русском языком нарушением закона “О защите прав потребителей”, возможны штрафы по части 1 статьи 14.8 КоАП РФ:
- Для индивидуальных предпринимателей – от 500 до 1 000 рублей;
- Для должностных лиц – от 500 до 1 000 рублей;
- Для юридических лиц – от 5 000 до 10 000 рублей.
Если нарушение квалифицируется как несоблюдение закона «О рекламе», санкции применяются по части 1 статьи 14.3 КоАП РФ:
- Для физических лиц – от 2 000 до 2 500 рублей;
- Для индивидуальных предпринимателей и должностных лиц – от 4 000 до 20 000 рублей;
- Для юридических лиц - от 100 000 до 500 000 рублей.
По масштабу влияния на бизнес Федеральный закон № 168-ФЗ можно сравнить с внедрением обязательной маркировки: затронуты будут практически все сферы, работающие с массовым потребителем. В 2026 году русский язык окончательно становится не только культурной, но и полноценной юридической категорией.
Формально закон дает четкие ориентиры, однако его практическое применение во многом будет формироваться уже «в поле». Именно первые проверки, предписания и судебные споры очертят реальные границы допустимого: какие слова сочтут устоявшимися, насколько строго будут трактовать равнозначность перевода, какие элементы интерьера признают публичной информацией.
Для бизнеса это означает не просто точечную замену отдельных слов, а полноценную ревизию визуальной и текстовой среды. Ошибки могут обернуться не только штрафами, но и масштабными затратами на переделку оформлений, репутационными рисками и конфликтами с проверяющими органами. При этом правоприменительная практика только формируется, а значит, 2026 год станет для компаний периодом повышенной правовой неопределенности.